/ Фредерик Малль о современных п

Забота о себе с комфортом

ЗА ВРЕМЯ ПРИЕЗДА В МОСКВУ ФРЕДЕРИК МАЛЛЬ ПООБЩАЛСЯ С  ДОТОШНЫМИ ПАРФЮМЕРНЫМИ КРИТИКАМИ, ПРЕДСТАВИЛ СВОЙ НОВЫЙ АРОМАТ И РАССКАЗАЛ ЯНЕ З. О ТОМ, КАКИЕ ДУХИ НАДО НОСИТЬ, ЕСЛИ ТЫ КУРИШЬ. 

ЛЕНА КОРЕНЬКОВА ПРИСУТСТВОВАЛА ПРИ ВСЕХ ЭТИХ ЭПОХАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ. НУ, ПОЧТИ ПРИ ВСЕХ.

«Извините, у вас сегодня съемка?» — «Съемка? Впервые слышу, позавтракаете у нас?» — «Нет, спасибо, меня ждет Фредерик Малль». На самом деле я нещадно приукрашаю действительность — это я ждала Фредерика Малля. Но администратор бара «Стрелка» на Стрелке, где еще пойми, где институт, где общепит, все равно ничего не понял. Мысленно прокручивая отрывки из биографии Малля и всех интервью, которые нашлись в интернете, я побежала туда, где за стеклянными окнами собирались наши избранные парфюмерно-продвинутые люди — Галина АнниСергей Борисов (Fragrantica), Екатерина Хмелевская (Aromablog), Михаил Барышников (fashion-стилист и человек, так интересующийся духами, что даже писал нам о них), Люба Берлянская (Brocard) и Матвей Юдов (парфюмерный критик). Они пришли, чтобы поговорить с Маллем. «Афиша» должна была вести прямой репортаж с этого public-talk. наша Яна З. — его модерировать.

А я — конспектировать происходящую на моих глазах историю.

Все (или почти все) знают, что Фредерик Малль — отец всей нынешней «ниши» (хотя он и ненавидит это слово) и первый парф-продюсер, догадавшийся ставить на флаконы имя парфюмера. Но не все знают, что…


ФАКТЫ О МАЛЛЕ, КОТОРЫХ ВЫ, ВОЗМОЖНО, НЕ ЗНАЛИ

Факт №1

 

Дедушка Фредерика, Серж Эфлер-Луиш — легенда парфюмерного мира. Сначала он был правой рукой Франсуа Коти, а в 1948 году, на правах лучшего друга Кристиана Диора, создал Parfums Christian Dior и выпустил Miss Dior. Мать Фредерика, Мари-Кристин Витгенштейн, продолжила дело отца и полвека определяла политику основанного им Parfums Christian Dior. Отец Фредерика водил дружбу с великим Жаком Элле, арт-директором Chanel. Дядя Фредерика, Луи Малль —  режиссер. А вообще, невозможно даже вообразить, как далеко может завести теория трех рукопожатий в случае с Фредериком. его семья — крем-де-ла-крем Франции.


Учитывая все это, я представляла себе Малля этаким молчаливым эрудитом, который все знает, ничего не говорит, и на всех взирает с высоты полета своего дедушки. Ну, вы понимаете: безупречный костюм, а ао взгляде — учтивая заинтересованность, и только правый уголок рта выдает немое сожаление о том, что нынешние журналисты не так хорошо воспитаны, как Ларошфуко. Но что поделаешь.

Примерно с такими представлениями о Малле я открыла двери института «Стрелка».

 

 

Здесь уже собирались участники круглого стола. Они стояли кружком и говорили о чем-то загадочном. Как я смогла догадаться — о духах. Только я, как мне казалось, ухватила нить этой волшебной беседы, как кто-то вспомнил аромат с невоспроизводимым (для меня) названием. Дальше я не поняла ни слова.

«Что я делаю на этой трапезе парф-маньяков? — подумала я. — Ах, да, пишу материал для Beauty Insider!»

 

 

Пытаясь обрести почву под ногами, я отправила смску Яне З: «Зубцова, где ты?».

«Буду через 10 минут». Появилась, как обычно, через 20 — и безостановочно пролетела на второй этаж, в лапы ведущего визажиста Tom Ford, чтобы «сделать лицо, а то я с утра так устала, так устала»:))

Не успеваю даже вполглаза рассмотреть, чем ее красят, а жаль. Но через 15 минут она возвращается нереальной красавицей.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


ФАКТЫ О МАЛЛЕ, КОТОРЫХ ВЫ, ВОЗМОЖНО, НЕ ЗНАЛИ

Факт №2

Сложно представить, но до 2000-х имена парфюмеров никого не интересовали. Фредерик Малль их обнародовал — и перевернул индустрию. Журналисту Buro 24/7 Елене Стафьевой Фредерик рассказал, что в молодости проводил много времени в среде амбициозных дилетантов-рекламщиков. И настолько проникся к ним неприязнью, что, попав в среду скромных, умных и талантливых парфюмеров, пришел в абсолютный восторг. Поэтому первое, что он сделал, когда основал свое парф-издательство — напечатал их имена на флаконах и развесил их портреты в бутике на Rue de Grenelle.


В зал вошел Фредерик Малль. На нем был идеальный костюм, проницательный взгляд и французская улыбка без каких бы то ни было признаков снобизма. Наши парфкритики взволновались и активизировались, а я погрузилась в ноутбук и вжалась в кресло так, что, по моим представлениям, должна была стать невидимой.

 

 

А вот некоторые — например, Яна — и не думали исчезать.

Наоборот, развлекались селфи с Фредериком, попутно исполняя полуреверанс:

 

 

Попутно их снимал штатный фотограф. У него получилось менее поэтично, но явно с бОльшей исторической ценностью:

 

 

Подошла и я — но, вместо широкой улыбки на камеру, произнесла: «Простите, я не идеально говорю по-английски». На это Малль, конечно, ответил: «Подумаешь, я как раз забыл свой русский!»

Когда количество желающих сделать селфи иссякло, все уселись за стол и приготовились к прямому эфиру на Afisha life. В задачу Яны входило следить, чтобы никто из присутствующих не унесся мыслью в парфюмерные джунгли, где бы наверняка заблудились зрители «Афиши» без высшего парфюмерного образования. Она так и сказала сразу: «Буду перебивать, не сочтите невежливой, простите заранее:)»

А я приготовилась стенографировать из-за камеры.

 

 


ФАКТЫ О МАЛЛЕ, КОТОРЫХ ВЫ, ВОЗМОЖНО, НЕ ЗНАЛИ

Факт №3

В том же интервью для Buro 24/7 Малль рассказал, с чего началось его «парфюмерное издательство» Editions de Parfums Frédéric Malle и как он стал продюсером ароматов. 15 лет назад парфюмер Морис Руссель пришел к нему со словами: «Я два года делал отличный аромат, но он оказался никому не нужен. Если тебе интересно, можешь выпустить его и что-то заработать». Малль так и сделал — выпустил и заработал. Это был Musc Ravageur.


Следующие полтора часа критики задавали вопросы, Малль увлеченно и откровенно им отвечал, а Яна, как и обещала, направляла эту беседу в более-менее понятное всем (мне?) русло.

Я, отчаявшись запомнить все, выхватывала самые интересные моменты.

Например, когда Малль говорил…

… о нишевой парфюмерии

Само понятие — «ниша» — сильно размыто и, в общем, бессмысленно. Им часто прикрываются беспомощные парфюмерные творения и компании, у которых нет других достоинств, кроме малого тиража. Чтобы делать хорошие духи, необязательно быть маленькой компанией. Большой компанией тоже быть необязательно. Большая, маленькая ли — не важно, часто это вопрос времени. Сегодня маленькая, завтра станет большой. Все мировые концерны — Christian Dior, Estee Lauder, Chanel — начинали с трех сотрудников и десятиметровой комнаты. Когда начинал я, у меня был один магазинчик на Rue de Grenelle, где я сам стоял за прилавком. Но у меня не было намерений стоять там вечно.

… о «небанальных» и «новых» парф-нотах чернил и дегтя

Эта самая «нишевая» парфюмерия любит с ними играться. На самом деле все это — очередная попытка прикрыть отсутствие фантазии, сделать вид, что ты делаешь духи «для избранных и понимающих». В общем, тот же маркетинг, вид в профиль. Шедевры становятся шедеврами и без дегтя. В них могут быть те же, всем, казалось бы, наскучившие и понятные розы и туберозы. Вопрос — какие и как. Когда в 2000-м появился Musc Ravageur, все продолжали делать легкие, прозрачные копии L’Eau d’Issey. На этом фоне восточная амбра была провокацией, шоком. Но Musc Ravageur задал моду на порношик и стал классикой.

 

 


… о синтетических ингредиентах

Миф, что синтетические ноты в ароматах — плохо, а «натуральные компоненты» — хорошо — особенно живуч. Когда я слышу очередной «провокационный» вопрос «А теперь ответьте-ка, какой процент натуральных нот в ваших духах?», я все время хочу ответить: «А вы никогда не задавались вопросом, почему никто не пытается сейчас выпустить духи, которыми пользовалась, скажем, Мария-Антуанетта? Ведь они были совершенно натуральными! Повторить эту формулу несложно. Но я знаю, почему никто этого не делает. Потому что это отвратительный аромат!» Парфюмерия как искусство началось в ХХ веке, благодаря расцвету химии. Художники не могут придумать новый цвет и поместить его в радугу — все цвета придуманы природой за них. Химики могут создать принципиально новые запахи или сделать синтетический запах идентичный натуральному. «Натурально» — не всегда хорошо. «Синтетика» — не всегда плохо. Но тут есть другие минусы. Удачную «синтетическую» формулу легко скопировать. Редкие натуральные компоненты, особенно дорогие, страхуют аромат от масштабного клонирования.

 

 


… о парфюмерах

Иногда они приносят мне свои ароматы в надежде, что я включу их в мою «библиотеку». Чаще всего это ужасно скучно, неинтересно и вторично. Эти ребята амбициозны и хотят проснуться знаменитыми. Маркетологи советуют им «подкрутить гайки» в каком-нибудь бестселлере, они следуют этим советам, и что-то «подкручивают», но это путь в никуда. Чтобы стать новым Домиником Ропийоном или Жаном-Клодом Эллена, нужно накопить опыт и создать шедевр с нуля. Но за последние несколько лет маятник качнулся от массовой парфюмерии к авторской. От нового поколения, выросшего не на ширпотребе, а на эксклюзивных линиях Hermes и Chanel, можно ожидать чего-то большего, чем клонирования и произведений вроде «Банановый J’Adore» и «J’Adore на пляже».

 

 


ФАКТЫ О МАЛЛЕ, КОТОРЫХ ВЫ, ВОЗМОЖНО, НЕ ЗНАЛИ

Факт №4

В детстве мама Фредерика Малля, Мари-Кристин, часто брала его с собой на работу. В офисе над парфюмерной фабрикой Dior он рисовал флаконы ароматов и душился недетским Eau Savage. Идея выпустить первый мужской аромат принадлежала его маме. Квартиру рядом с Национальной ассамблеей, в которой рос Фредерик, Мари-Кристин купила у матери Жан-Поля Герлена. Однажды,  разговаривая с Жаном-Полем, Малль выяснил, что их детство прошло в одной и той же спальне.


… о присоединении Frederic Malle к концерну Estée Lauder

 

 

… Конечно, меня об этом часто спрашивают, иногда с явным подтекстом «как вы могли продать свое детище этому монстру?!» и «ну все, Frederic Malle умер». На самом деле я уверен, что для покупателей ничего не изменится, а моя компания получила массу новых возможностей. Как я уже сказал, я не ставил своей целью всю жизнь оставаться «маленьким нишевым брендом для избранных». Мне и раньше предлагали продать компанию. Почему я продал именно Estee Lauder? Потому что у этой корпорации отличный бэкграунд — достаточно вспомнить прекрасный ароматYouth Dew, чтобы понять, о чем я говорю. И потому, что я уверен, что из бренда Frederic Malle не будут делать какой-то другой бренд. Им это не надо. Они могли просто купить другой бренд. Но когда покупают картину Пикассо, ее не переписывают, а просто вешают на стену. Estée Lauder купили Frederic Malle, как Пикассо.

 

 


… о том, что такое действительно хороший аромат и кто это в конечном счете определяет

У всех парфюмерных шедевров есть нечто общее: новизна. Возможно, это включение в пирамиду принципиально нового ингредиента — скажем, как альдегиды, которые вошли в Chanel N5, — либо неожиданная игра со старым. В моем новом аромате, Monsieur, концентрация пачули составляет невиданные 50 %, и это цепляет. До этого так не делали. Второй признак шедевра — короткая и простая формула. Это означает, что парфюмер отдавал себе отчет, что он хочет получить. Как говорил Вольтер, «кто ясно мыслит, тот ясно излагает». Третье — качественное исполнение. Хорошие духи становятся частью запаха человека, а не лежат на том, кто их носит, тяжелой попоной. Моя любимая София Гройсман точно это сформулировала: «Аромат должен быть таким, чтобы в нем можно было смотреть телевизор». Духи не должны создавать ощущение, словно вы находитесь на сцене.

 

 


ФАКТЫ О МАЛЛЕ, КОТОРЫХ ВЫ, ВОЗМОЖНО, НЕ ЗНАЛИ

Факт №5

У Малля есть своя точка зрения на деление ароматов на «мужские» и «женские». С одной стороны, это чистый маркетинг: «Obsession и Obsession for Men Calvin Klein —  почти одинаковые композиции. Рекламные постеры обещают, что женский сведет с ума всех мужчин, а мужской — ну, вы поняли». С другой стороны, сказать, что все духи — унисекс — тоже нельзя. Они созданы для соблазнения. А женщина соблазняет не так, как мужчина. Даже еще хуже — бывают разные женщины и разные мужчины:)


Неожиданный поворот

Съемка закончилась, Малль подписал всем присутствующим альбомы и испарился. Я подумала, навсегда. Но тут Яна схватила меня за рукав и куда-то повела, и я поняла, что, кажется, еще не навсегда. Правда, я даже не могла вообразить, что нас ждет обед и частная беседа почти тет-а-тет. Работать в Beauty Insider — это никогда не знать, что ждет тебя через минуту:)

Мы заняли круглый стол в центре зала — в том самом баре «Стрелка», куда я сначала зашла по ошибке. Фредерик спросил, что значит странное название «Красный октябрь» (Red October), вкусные ли там делают конфеты и правда ли, что на том месте, где сейчас Храм Христа Спасителя, раньше был бассейн (открытый? здесь, в самом центре?). Неожиданно заказал греческую мусаку (в Москве?!:). И сказал, что в восторге от public talk: за полтора часа не было задано ни одного избитого и скучного вопроса типа: «Что вас вдохновляет?».

«А что, кстати, вы отвечаете на такие вопросы? — спросила Яна. — По-моему, они способны загнать в тупик так же, как просьба «Дорогой, расскажи мне что-нибудь!»

 

 

«Да-да, — согласился Малль, — Эти вопросы явно из одной серии. Я отвечаю, что меня вдохновляет жизнь. И это чистая правда».

И здесь я поняла, чем Янины интервью отличаются от многих других и почему их так интересно читать. Яна не придумывает вопросы заранее. Она не заглядывает в бумажку и не морщит лоб, вспоминая, что там хотела спросить. Яна просто разговаривает с человеком, как с хорошим знакомым, о вещах, интересных обоим, в которых они оба отлично ориентируются. И человек перестает думать, что он дает какое-то там интервью. И забывает о включенном диктофоне. Может показаться, что Яна о нем тоже забывает — если бы я не видела, как она пододвигает к тарелке Малля с мусакой мой телефон, я бы так и подумала:) 

— Дочь Жан Клода Эллена, Селин, недавно создала домашнюю ароматную линию Hermès, сын главного парфюмера Chanel Жана Польжа, Оливье Польж, уже два года, как трудится на тот же бренд. Такие династии — это хорошо или не очень? 

— Если сын так же талантлив, как отец — просто отлично. Это, правда, нечасто случается, но случается. Жан и Оливье Польж — как раз тот самый редкий случай. С Оливье Chanel очень повезло, вы это еще увидите. Он, может, еще круче папы. Хотя и Жак отличный парфюмер. Его Bleu de Chanel, кстати, исполнен безупречно. Это как бы массовый парфюм, да? Ничего такого «нишевого». Но он отлично скроен. Money действительно has a smell, и этот запах превосходный.

— Вы знаете парфюмеров лучше, чем кто-либо другой. Есть между ними что-то общее? Ну вот хирурги, как известно, бывают циниками, иначе им не выжить. Журналисты — постоянно болтают и сплошь разгильдяи:))) А парфюмеры? 

— ..тоже постоянно болтают:) А еще они все ужасные зануды, педанты и перфекционисты. В молодости я работал в одной парфюмерной лаборатории с Жаном Амиком (автором Opium YSL, прим. Е.К). У нас были довольно близкие отношения. Как-то я спросил его, почему он меня нанял. Жан ответил: «Ты — маленький плейбой, озабоченный деталями». Я действительно обращаю внимание на любые мелочи. А парфюмеры — они просто одержимые люди. Готовы ковыряться в своих формулах и бесконечно улучшать-улучшать-улучшать, до полного изнеможения.

— А кстати, кто у вас отвечает за то, чтобы сказать «Все, хватит, done!»? Нужен же кто-то, кто положит конец этим улучшениям. Иначе ни один аромат никогда не будет закончен. 

— Этот человек — я. Но это не всегда работает. Наш союз с Домиником Ропийоном так продуктивен, потому что мы отлично знаем друг друга. Он говорит: «Оооо, нет, мне нужно еще немного времени…» Я ему: «Ты уверен?.. ))» И так до бесконечности. Вообще-то Доминик упрямее, чем я. Если он считает, что формулу надо доработать, я чаще всего сдаюсь. Но с его ароматом Portrait of a Lady была занятная история.

 

 

Мы его постоянно докручивали, и никак не могли поставить точку. Тогда я выбрал один из двух явных кандидатов на финальную версию — тот, что лучше сидел на моей коже. И предложил его моей жене. Она вышла в нем на прогулку, и четверо человек спросили ее: «Какие на вас духи?» Так я понял, что точка, наконец, поставлена. Portrait of a Lady стал невероятно успешным.

— Считаете, это нормально, когда люди подходят и спрашивают «Что на вас за духи?» 

— Ну если на вас мои духи, вы просто обязаны им об этом сказать! А если, как сейчас на вас, Diptyque L’Ombre Dans L’eau — необязательно. Хотя он, конечно, неплох.

В этот момент я почти подавилась своим кофе. Надо же, — безошибочно вычислить, какой на Яне аромат!.. На месте Яны, я бы, наверное, стушевалась — ай-я-яй, почему не надела какой-то из «библиотеки» Frederic Malle? Какой конфуз.

Но Яна, кажется, и не думает конфузиться:) Она говорит:

— Я ношу его, когда нет времени и желания выбирать и задаваться вопросом «Что надеть?» Для меня этот запах — из тех, в которых можно смотреть телевизор. А иногда мне не хочется вообще никаких запахов. Эти дни я называю «дни парф-детокса». У вас такое бывает? Когда обоняние требует тишины? 

— Да, бывает. «Детокс» — правильное слово. В такие дни, когда нюхаешь любые духи — ощущение, как будто ешь тяжелую еду, через силу. Вообще, чтобы воспринять новый запах, нужно иметь чистый взгляд и забыть обо всем, что пробовал до этого. Это не так просто, как кажется.

 

 

— А еще я курю, и знаю, что не всякие духи хорошо монтируются с этой плохой привычкой. И знаю, что многие парфюмеры курят. Как по вашим наблюдениям, это им не мешает?  

— Одна из моих любимых парфюмеров, София Гройсман, дымит не переставая. Не представляю ее без сигареты. И она продолжает создавать потрясающие духи. Не спрашивайте, как она это делает. Я, кстати, сам тоже курил. Начал, когда пришел в парфюмерию и обнаружил, что многие парфюмеры курят. А потом понял, почему.Ты оцениваешь аромат, переписываешь формулу, отправляешь ее на доработку в лабораторию, и дальше у тебя два варианта: проделать то же самое для другого проекта (если он есть) или выйти покурить с парфюмерами. Почти все они родом с Юга Франции, так что рядом с ними я самый молчаливый на свете человек. И вот ты стоишь, слушаешь очередную историю, мысленно рисуешь картины и… куришь. Я бросил несколько лет назад, но запах табачного дыма меня не раздражает, а иногда даже помогает сосредоточиться.

— А есть правило, что, если ты куришь, какие-то духи на тебе сидят хорошо, а другие это убивает? Мне кажется, есть, но я этих правил не знаю, это мои догадки. 

— Некая закономерность есть. На коже человека, который курит, духи раскрываются иначе. Курильщик, надушенный восточным ароматом с отчетливыми нотами специй, пахнет, как протухшие сосиски. Это ужасно! Душиться цветочными парфюмами, чтобы отвлечь внимание от запаха сигарет (все так делали в молодости) — бесполезно. Они недостаточно плотные, чтобы скрыть правду. Обычно на человеке, который курит, лучше всего усаживаются амбровые и древесные духи. Ну и ваш Diptyque, в общем, неплох.


ФАКТЫ О МАЛЛЕ, КОТОРЫХ ВЫ, ВОЗМОЖНО, НЕ ЗНАЛИ

Факт N6 

Продавец-консультант бутика Frederic Malle всегда выясняет у покупателя, каким образом он предпочитает соблазнять — стыдливо или откровенно, одеждой или наготой, интеллектом или отсутствием комплексов? Все — для того, чтобы тихий интроверт случайно не вышел из бутика с «костюмом женщины-кошки». Малль рассказал журналу Interview, что пятнадцать лет назад сам стоял у прилавка и как психотерапевт выслушивал рассказы женщин: «Я собираюсь послать своего парня, и по такому случаю мне нужны новые духи».


— Вообще парфюмеры — обидчивые люди? Им важно, что говорят об их ароматах? Или достаточно сознания, что я выложился на все сто, а дальше — ваши трудности?

— Могу говорить только о себе. Когда я был молод, меня все безумно ранило. Как же так, я старался, а меня не поняли. Сейчас я знаю, что к критике надо прислушиваться. Но не ко всякой. Если человек, мнение которого я уважаю, скажет мне, что в моем бутике что-то не так, — я, скорее всего, прислушаюсь. Я уже достаточно уверен в себе, чтобы не разговаривать с зеркалом. Закрытая дверь — упущенные возможности. Грустный конец истории, которую ты сам написал. А критику псевдоспециалистов я пропускаю мимо ушей. Иногда людьми движет просто зависть. Например, в Vanity Fair сделали со мной многополосный материал. Конкуренты тут же заохали: «Он продался Estee Lauder, его компания больше не будет такой, как прежде!» Чушь собачья. Я уважаю интеллигентную конкуренцию. Жан Польж никогда не скажет: «Это — дерьмо!», но спросит: «Почему ты принял это решение?»

Кажется, Малль только что произнес слово shit, диктофон точно это записал?) Если мои внукам не достанется вилла на Лазурном берегу или винтажная сумка Chanel, то пусть будет эта запись. Интересно, сколько сейчас дают за shit на Sotheby’s?

К моменту, когда нам принесли счет, Малль успел показать нам свой плейлист на iPhone (весьма прогрессивный, классику он слушает на работе). Рассказал, что дочь не пошла по стопам парфюмерии: She is a doctor that wears Prada — french mixture)) И спросил, сколько черной икры можно увезти с собой в Нью-Йорк. Остальное я, пожалуй, оставлю внукам. Флёр хорошей истории немыслим без ноты интриги.

 

 


ФАКТЫ О МАЛЛЕ, КОТОРЫХ ВЫ, ВОЗМОЖНО, НЕ ЗНАЛИ

Факт N7

Названия ароматов Фредерик Малль придумывает сам. Забавная история связана с French Lover. Однажды кто-то сказал: «Ты пахнешь как настоящий французский любовник!» Малль посчитал имя смешным и утвердил. Перед запуском French Lover в Америке, он, основатель маленькой парфюмерной компании, давал интервью крупному американскому журналу. Организовал встречу в Four Seasons, надел лучший костюм, представил аромат и уже мысленно перелистал страницы вожделенной публикации. «Как называется ваш новый аромат?» — спросила дама-журналист. «Французский любовник!». Дама посмотрела на него так, словно ей сделали грязное предложение. С тех пор в США French Lover продается под названием Bois d’Orage («Лес в грозу»).


Французский любовник 

На следующий день Фредерик представлял аромат Monsiuer журналистам. Я обещала, что приду, мы обнялись и даже дважды, по-французски, поцеловались. Я готовилась — и, в отличие от Яны, надела не какой-то там Diptyque, а новенький Monsiuer с тем самым рекордным содержанием пачули.

И… безнадежно опоздала на встречу.

«Все закончилось, он улетел». «Как улетел? Куда улетел? У меня же еще десять вопросов». Оказалось, произошла какая-то путаница с временем. Салют, самолет, се ля ви.. чего еще ждать от french lover..?

Но, в каком-то смысле, наверное, это к лучшему. Иначе бы вам пришлось прочитать еще пару тысяч букв.

А так остается шанс, что он приедет снова, я их задам — и к этому времени научусь лучше понимать ароматы и людей, и брать интервью, делая вид, что светски болтаю, и узнаю еще сто фактов из биографии человека, который первый понял, что настоящие духи создает парфюмер, а не отдел маркетинга. Он поставил имя парфюмеров на флаконы и поделился с ними своей славой.

И что в итоге?.. В итоге все берут у него интервью и я мечтаю, чтобы он вернулся.

Источник: http://www.beautyinsider.ru/2016/02/10/frederic-malle-interview/

 

Категория: Косметика Автор: Lakoff Дата создания: 2016-02-14
< Февраль, 2016 >
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
29